Плохо, что Дебора беспокоится за нее и не спит. И в то же время очень кстати. Эта тихая улочка в пригороде кажется сейчас такой безлюдной, а сама она так напугана, что… Силла повернула ключ в замке зажигания. Мотор затих. Спокойный приятный баритон Джима Джексона, ведущего ночного эфира, тоже. Тишина наступила так внезапно, что сердце Силлы едва не выскочило из груди от страха.

Ругая себя на все лады, она хлопнула дверцей машины, и, придерживая пальто под порывом внезапно налетевшего ветра, взбежала по ступенькам. Дебора встретила ее у дверей.

— Эй, по-моему, у тебя завтра лекция в девять часов. — Силла стащила пальто и сунула его в шкаф. В доме пахло горячим шоколадом и полиролью для мебели. Она вздохнула. Дебора всегда затевает уборку, когда нервничает. — Почему ты до сих пор не спишь?

— Я слушала твой эфир. Силла, этот человек…

— Ну что ты, детка, перестань. — Силла повернулась и притянула Дебору к себе. Ей иногда казалось, что сестренке все еще двенадцать лет. Особенно сейчас, когда на ней этот белый махровый халатик. Силла любила ее больше всех на свете. — Всего-навсего безобидный шизик, каких в мире полным-полно.

— Он вовсе не безобидный, Силла.

Силла обняла Дебору за плечи и заглянула ей в лицо. Дебора была на несколько дюймов ниже. Они были немного похожи — и у той и у другой был красивый, чувственный и упрямый рот. Но у Деборы черты лица мягче, нежнее, а глаза ярко-синие. Впрочем, ресницы тоже длинные и густые. Сейчас она смотрела на старшую сестру с тревогой и страхом.

— Мне кажется, ты должна обратиться в полицию.

— В полицию? — Почему-то эта мысль вообще не приходила Силле в голову. От неожиданности она даже рассмеялась. — Один непристойный звонок, и я уже бегу в полицию. Так, по-твоему, должна поступать современная женщина? За кого ты меня принимаешь? Дебора засунула руки в карманы халата.