— Нет… нет…

Девушка беспокойно металась на широкой кровати под балдахином, бормоча во сне:

— Не надо… пожалуйста… не подходи…

Если бы только проснуться, если бы открыть глаза и оказаться в безопасности. В своей постели, в своем доМе на Фиар-стрит… Но это было невозможно.

— Нет… нет…

Стоны становились все громче.

— Не-е-ет!

Девушка вдруг широко раскрыла глаза и, тяжело дыша и дрожа всем телом, села на кровати. Кутаясь в одеяло, медленно обвела взглядом темную спальню. Никого нет. Это просто сон. Это просто сон. Она повторяла эти слова вновь и вновь, словно заклинание.

За окном чернела холодная осенняя мгла. Дрожали на ветру ветви старого клена, сбрасывая последние вялые листья. В тусклом свете уличного фонаря колыхались размытые тени. Девушка, обливаясь холодным потом, откинулась на подушки. Ко лбу прилипли пряди длинных светлых волос.

— Лучше бы вообще не засыпать, — сказала она себе, тихо вздохнула и, немного успокоившись, снова закрыла глаза.

И вдруг ощутила чье-то присутствие, будто была в спальне не одна. Она открыла глаза. Никогда в жизни ей не было так страшно. Откуда взялась уверенность, что в комнате кто-то есть?

— Кто здесь? — прошептала она.

Тишина. Нервно комкая одеяло, девушка медленно села, напряженно вглядываясь в темноту, й тут увидела. У стены шевельнулось бледное пятно. Она открыла рот, собираясь что-то сказать, но от страха слова застряли в горле.

Теперь ясно различалась человеческая фигура, притаившаяся в углу спальни. Послышалось глухое ворчание. На миг разорвав пелену тьмы, из угла выскочила Девушка и метнулась к ее кровати так быстро, что лежащая не успела среагировать. В воздухе блеснуло лезвие ножа.

Первый удар пришелся мимо. Девушка отчаянно сопротивлялась, защищалась, как могла, но запуталась в одеяле, и та, другая, прижала ее к кровати.