Бита легла ему на макушку.

Но удар был снизу, одной рукой и почти без размаха.

Не дожидаясь результатов, Джоуди дернулась влево. Чуть не осталась без скальпа, но все-таки вырвалась и покарабкалась по газону, загребая коленями и кулаками, но не выпуская из руки биты.

Навстречу детине с саблей.

Всего за пару шагов до него Джоуди вскочила на ноги и стремглав пустилась наутек. Тот круто развернулся и взмахнул саблей. Клинок со свистом рассек воздух за спиной.

И в этот миг он ойкнул.

Оглянувшись, Джоуди увидела, как ее преследователь поскользнулся. Ноги заплелись, и он плюхнулся на задницу. Зато первый, который чуть было не поймал, уже привстал на одно колено и вот-вот должен был встать на ноги. Одной рукой он держался за макушку бритой головы, другой доставал нож из ножен, болтавшихся у бедра.

Детина с топором за это время почти наверстал отставание.

«Нельзя забывать о нем», — напомнила себе Джоуди.

Высокий, широкий в плечах и мускулистый. Да еще с топором. И пер, как танк. Такого ничем не остановишь — идет напролом. Ему бы чуточку подвижности.

Верзила еще ковылял по середине газона, когда Джоуди выскочила на теплый сухой бетон подъездной аллеи.

Энди был уже там, подпрыгивая на месте и встряхивая руками и ногами, словно участник эстафеты, нетерпеливо дожидавшийся передачи эстафетной палочки. Лишь только Джоуди с ним поравнялась, как он развернулся на сто восемьдесят градусов и сорвался с места.

Бок о бок они понеслись через подъездную дорогу в сторону изгороди.

Изгородь тянулась вдоль всей аллеи — сплошная зеленая стена кустов с ровно подрезанными верхушками выше головы Джоуди.

— Вниз, — шепнул Энди с придыханием.

«Преграда, через которую не продерешься и через которую не перепрыгнешь».

Джоуди поняла, что он имел в виду. Хотя кусты срослись в непролазную чащу, внизу, у земли, вокруг стволов зияли просветы.