— Я знаком с твоей биографией. Мы с улицы людей не берем. Ты же машинами увлекаешься с детства. Вот только своей у тебя до сих пор нет. А ушел ты из НИИ потому, что шеф передрал твою диссертацию и опубликовал ее под своим именем. Ты не стал устраивать скандала, а попросту уволился. И это мне известно. Постоять за себя не можешь.

— Не умею. Характер не тот.

— Меня устраивает. Новая работа не сахар, но и деньги за нее получишь другие. Если принять во внимание, что с сегодняшнего дня ты получаешь в месяц две тысячи долларов, то на новой работе будешь получать в десять раз больше. Двадцать тысяч. Двести сорок тысяч в год. Сказка! Умножаем на четыре года и получаем около миллиона долларов.

— О таком я не смел и мечтать. А вы шутник. Что ж, я тоже еще не потерял чувства юмора. Шутим дальше. Почему вы умножаете на четыре.

— Потому что больше четырех лет тебе не дадут за убийство в состоянии аффекта. Учитывая моих адвокатов, которых я оплачу, и характеристики, где ты будешь выглядеть ангелом.

Колокольников застыл с открытым ртом.

Некрасов не стал его добивать окончательно и решил сделать паузу. Разлив водку по стаканам, он протянул один из них хозяину квартиры. Колокольников выпил и не поморщился. То же самое сделал его босс.

— Мне послышалось?

— Нет, Сережа, тебе не послышалось. Я убил Ольгу. Сегодня. Около часа назад. Если ты возьмешь вину на себя, то я открою на твое имя счет и положу на него миллион долларов. За четыре года тебе накапают проценты, и выйдешь ты из тюрьмы богатым человеком. Тебе исполнится только сорок. А мне сейчас пятьдесят два. Мое предложение не взято с потолка. Я не мелочусь. Знаю, ты не дурак. Учитывая мое состояние, положение в обществе и то, чем мне грозит разоблачение, можно представить, следуя логике, что торговаться я не стану. Поразмыслив, я решил не унижать твое достоинство ничтожными предложениями, а выложить миллион долларов без глупых пререканий.