Он нараспев произнес:

— Да святится имя твое, сухой завтрак «Набиско». — И тут же добавил: — Вы не раз видели, как мексиканский игрок крестится, прежде чем ударить по мячу. — Вместо «мексиканский» у Вайоминга получилось «месканский». — Я прав? И разве не очевидно: это не простое совпадение. Люди, вы сами видите, как все связано!

Я вздрогнула от неприятного ощущения, словно на затылке зашевелились волосы, и повернула голову. С заднего ряда в мою сторону смотрела девушка-подросток с неестественно круглым лицом куклы, лунообразным и большеглазым. Она смотрела так, будто узнала меня на плакате «Значится в розыске». Когда наши взгляды пересеклись, круглый рот девушки сжался в нитку.

— И наконец, самая большая, истинно сатанинская ложь. О том, что конец света — выдумка. Людей убеждают весьма хитрым образом.

Девушка шепнула что-то своему соседу, и они вместе уставились на меня.

Вайоминг продолжал:

— «Черная смерть», или чума, летающие над нашими головами кометы… Водородные бомбы. Помните 2000 год? Люди всякий раздумают: вот оно. И потом, когда ничего не случается, говорят: взгляните на идиотов… И какому дураку пришло такое в голову: ждать Апокалипсиса? — Он сделал паузу. — А сатана тем временем сидит в своем логове и улыбается. Он смеется потому, что заставил множество людей не слушать, о чем предупреждала Библия. — Вайоминг взялся за микрофон двумя руками. У него были огромные руки горняка, заскорузлые, с воспаленной красной кожей. — Конец света не выдумка. — Голос пастора перешел на шепот. — Люди, грядет буря…

От его неожиданно спокойного голоса по спине моей пробежал холодок. Какое-то неясное и тяжелое предчувствие. Понятно, что Вайоминг должен упиваться собственной правотой. И дело не в том, что он строил проповедь на самых сверхъестественных и жутких библейских пророчествах. Меня будто пригвоздило к месту. Девчонка с круглым лицом продолжала шептаться со своим дружком, бросая в мою сторону недружелюбные взгляды.