Я, во всяком случае, не смог.
Решено было отложить неизбежное – наш разрыв – на после, до окончания морской прогулки.
А теперь получается, это “после” может никогда и не наступить. Боже правый, неужели судьба связала нас до гробовой доски? Нет, нет, нет! Этому не бывать. Надеюсь, нас скоро спасут. Повторение истории Робинзона Крузо в наши дни немыслимо. Ну, максимум, проторчим здесь несколько дней. А, вероятнее всего, нас подберут еще до сумерек. Если кто-нибудь слышал или видел, как взорвалось наше судно.
А взрыв был потрясающий.
Всякое дерьмо еще долго сыпалось с неба, шумно плюхаясь в воду: куски яхты и, несомненно, Уэзли. (Я так надеялся увидеть его летящую ногу или голову, или огромный клубок кишок, но увы...) Многие обломки горели в воздухе и ныряли в океан с яростным шипением. К счастью, до берега ничего не долетело.
Несколько мгновений – и от яхты ничего не осталось: лишь куча мусора на поверхности да грязное облачко дыма, относимое ветром прочь.
Сразу после взрыва ни самолета в небе, ни судна на горизонте никто из нас не заметил. А смотрели мы в оба. По крайней мере, некоторые из нас. Не Тельма, разумеется. Та, обхватив голову руками, громко причитала:
– Нет! Нет! О Боже! Нет! Уэзли! Несчастный Уэзли! Нет! – и тому подобное.
Через несколько секунд она уже была в объятиях сестры. Они стояли, и Кимберли нежно похлопывала сестру по спине, что-то нашептывая. Кимберли еще не успела просохнуть – сразу же после завтрака, который мы устроили на пляже, она пошла немного поплавать и вышла из воды всего за пару минут до взрыва. Прилипшие к голове черные волосы свисали тугим хвостиком на ее затылок, гладкая бронзовая спина поблескивала каплями воды. Белоснежные плавки-бикини немного сдвинулись набок, обнажив большую часть правой ягодицы. И посередине образовалась складка...
Хватит об этом.
Кимберли выглядела чертовски здорово, вот и все! Просто невозможно было пропустить такое зрелище. Но в то же время я поглядывал и в морскую даль. Облачко дыма уплывало все дальше, растворяясь в воздухе. На горизонте виднелись смутные очертания пары островков, но больше ничего – только небо и вода.