— Если будут останавливать, не бери их в голову, — сказал Брод. — Давай по газам и через площадь гони вон к той многоэтажке.

Карташов скинул скорость, затаив дыхание, приближался к патрулю.

— На всякий случай имей в виду — у Вадима в кобуре пистолет «глок». Надеюсь обращаться с ним умеешь, — в словах Брода звучала напряженная ирония.

— Сегодня мне это не совсем кстати, имею другие планы…

— А тебе все равно возвращаться на вокзал нельзя.

Они без проблем миновали пост, но облегчения Карташов не получил.

— Пожалуй, ты прав, мне сегодня туда соваться не следует.

— Забудь об этом и на ближайшую неделю, — сказал Брод. — Менты и фээсбэшники там будут ошиваться, еще как минимум, три-четыре дня. Тем более, нас там видели таксисты и, будь уверен, фотороботы уже готовы… Сейчас, Серго, сворачивай к тому перекрестку и сразу — направо. Этот бульвар упирается в Кольцевую дорогу, а там уже недалеко Новое Тушино.

Водитель застонал, сделал мучительное движение рукой. С трудом донес ее до груди и успокоил на лацкане пиджака.

— На, положи ему в рот валидол, — Брод протянул таблетку, однако зубы у водителя были плотно сжаты и таблетка, разломившись, упала ему на колени.

— От болевого шока валидол не спасет, — сказал Карташов.

Они выехали на четырехрядную улицу и в автомобильном угарном потоке устремились за город. Примерно, через полтора часа езды позади осталось Юрово, Курино, Путиловское шоссе. Вскоре они въехали в Рождествено. Припарковались на 2-й Муравской улице, рядом с аптекой.

— Купи, Сережа, много бинтов, йода и пачку бактерицидных пластырей. Спроси какой-нибудь антибиотик в ампулах и десяток одноразовых шприцев… И что-нибудь попить… На, возьми, деньги…

Когда Карташов выходил из машины, Брод предупредил:

— Слышь, Серго, только пожалуйста, долго не задерживайся, пацанам больно, — в голосе Брода слышалась скрытая угроза.