— Следует ли нам заняться заодно и странным поведением полиции в ходе расследования?

— Не следует.

— Почему, к примеру, прекратили патрулирование — в это тоже не лезть?

Вэллат отрицательно покачал головой.

— Кто навел полицию на явку террористов?

— Там напротив живет их осведомитель. Ему показалось подозрительным, что без конца какие-то люди приходят и уходят. Он стукнул местному полицейскому, а тот доложил выше.

— Проверены детали, изложенные в письме, которое получено «Франс Пресс»?

— Да. В тот день с представителями завода Дассо встречалась делегация Ливии. Вероятно, от них и стали известны подробности.

— Пограничники сообщили что-нибудь?

— Ничего полезного. Мы проверяли и сами, напрямую.

— Вы должны понять, — с кислым видом сказал Вэллат, — что когда пресса пишет о негодовании, царящем в Израиле, то это просто выбрано самое мягкое слово. Ярость — вот точное определение. Премьер-министр этой страны в бешенстве. Под угрозой срыва очень важные контракты.

Наступила пауза.

— Мне бы не хотелось в этом участвовать — произнес Вавр. — Мы и так загружены выше головы. Вы же знаете, что, начиная с января, к нам сюда приехали сорок семь дипломатов из Восточной Европы. Мои люди этим заняты под завязку, сроки проверки и так истекают.

— Я уполномочен заявить вашему министру, что сроки в случае необходимости могут быть продлены. Хотите вы того или нет, но я получил ясные указания: нейтрализацией группы под названием «Шатила», кто бы там в ней ни состоял, должен заняться ваш департамент. Дюпарк приглашен сюда, чтобы предоставить свои резервы, если они понадобятся.

Вавр уставился на полковника с едва заметной насмешкой.

— Мне понадобится помощь, но не такая, как вы нам оказывали в деле с Бен Афри.

— Мне в этом деле не в чем себя упрекнуть.

Людей, подобных Дюпарку, заместитель Вавра Альфред Баум называл пустозвонами: «Он тебе чего только ни наговорит, — отзывался он о полковнике, — но до дела у него никогда не дойдет. Для таких слово и есть дело. К тому же он глуп как пробка. И завистлив. „Вот Баум пусть и сотрудничает с этим пустозвоном, — отметил про себя Вавр. — Проку от него даже Баум не добьется“.