— Что вы говорите? Что, черт побери, вы…
Шаги — легкие шаги — заставили всех нас обернуться.
В дверях стояла симпатичная девушка в облегающих, с низким поясом джинсах, которые казались промасленными, и в коротком топе, открывающем плоский загорелый живот. На пупке двойной пирсинг, одно колечко усыпано бирюзой. Через плечо у нее висела черная шелковая сумка, расшитая цветами. На лице слишком много макияжа, хищный нос и сильный подбородок. Длинные прямые волосы цвета свежей соломы. В вырезе блузы отчетливо видна верхняя часть грудей. В расселине между ними на цепочке красовалась большая золотая буква "К".
Загар на лице Стэна Бартелла потускнел и стал мучнисто-бежевым.
— Что за… — Он прижал руку к сердцу, потом потянулся обеими руками к девушке: — Детка, детка!
Та нахмурилась:
— В чем дело, папа?
Глава 3
— Где, черт возьми, ты была?!
Кайла Бартелл посмотрела на отца так, словно тот сошел с ума.
— Гуляла.
— С кем?
— С друзьями.
— Я звонил тебе на мобильник.
Кайла пожала плечами:
— Я его выключила. В клубе было шумно, и я все равно не услышала бы звонок.
Бартелл начал что-то говорить, потом притянул ее к себе и обнял. Девушка взглянула на нас, словно ища спасения.
— Па-а-па.
— Благодарю тебя, Господи! — продолжал бубнить Бартелл. — Благодарю тебя, милосердный!
— Папочка, кто эти люди?
Бартелл отпустил дочь и сердито посмотрел на нас:
— Уходите.
— Мисс Бартелл… — пробормотал Майло.
— Нет! — выкрикнул Бартелл. — Вон! Сейчас же.
— Кто они, папочка?
— Они — никто.
— И все же я бы хотел побеседовать с Кайлой, — сказал Майло.
— Когда рак на горе свистнет.
Когда мы подошли к воротам, Бартелл стоял на ступенях и держал в руке пульт дистанционного управления. Ворота начали закрываться, и мы с Майло едва успели проскользнуть в них, как они захлопнулись.