Все знали, что Грин готовится к предвыборной кампании. В газетах то и дело мелькали хвалебные заметки о прокуроре, а внимание, которое он стал уделять одежде, бросалось в глаза. В одной статье говорилось, что, поскольку нынешний губернатор уже отслужил два срока, а также назвал Грина самым подходящим преемником, то, скорее всего, Грин и займет этот пост.

После этой статьи коллеги между собой стали называть его «Наш Маршал».

Кэрри восхищалась его знаниями и профессионализмом, да и руководителем он был хорошим. Только одно вызывало у нее тайное недовольство: несколько раз за десять лет он допустил увольнения помощников прокурора, допустивших случайный промах. В первую очередь Грин заботился о себе.

Кэрри знала, что выросла в его глазах, когда ей стали прочить судейское кресло.

«Похоже, мы оба движемся к вершине», — сказал он как-то в редком порыве дружелюбия.

— Входи, Кэрри, — пригласил Грин. — Хотел спросить, как дела у Робин. Я забеспокоился, узнав, что вчера ты попросила судью отложить заседание.

Кэрри рассказала, что швы уже сняли и все идет нормально.

— Робин в тот момент была с отцом? — уточнил он.

— Да. За рулем сидел Боб.

— Твоему бывшему скоро, пожалуй, изменит удача. Не думаю, что на этот раз им удастся сдернуть Уикса с крючка. Ходят слухи, его крепко прижали к ногтю. Надеюсь, так оно и есть. Он — мошенник, а может, и похуже. — Грин жестом отпустил ее. — Я рад, что Робин серьезно не пострадала, и знаю, что ты обо всем позаботишься. Сегодня у тебя перекрестный допрос?

— Да.

— Зная тебя, мне его почти жалко. Удачи.

Понедельник, 23 октября

Прошло почти две недели, а Кэрри все еще упивалась своей победой в суде. Она добилась вердикта «виновен в предумышленном убийстве». По крайней мере, сыновья убитой женщины не вырастут с сознанием того, что через пять лет убийца их матери будет безнаказанно разгуливать на свободе. Такое могло произойти, сумей защита убедить присяжных в версии с непреднамеренным убийством. Теперь же убийца получит тридцать лет без права досрочного освобождения.