Сотрудники будут пальцами исподтишка тыкать, сплетничать за спиной... Деловые партнеры (особенно американские) сторониться начнут, в наличии заразного венерического заболевания заподозрят! Янки буквально помешаны на культе собственного тела. О сохранении здоровья пекутся неустанно! Не станут они вести дела с «заразным», вежливо улыбаясь, заморозят отношения под благовидным предлогом. Бизнес непременно пошатнется, а то и вовсе рухнет. Этого допустить нельзя! Лучше кошару на безвестной могиле прирезать! Черт с ней! Невелика беда! Вот только где могила-то? Он, Яковлев, не менее часа по лесу слоняется – и ни малейшего результата! «Может, призрак пошутил? – неуверенно подумал усталый, измотанный бессонной ночью банкир. – Проявил своеобразный потусторонний юмор? Да нет, не похоже! Покойник говорил совершенно серьезно. Надо продолжать поиски. Иначе снова притащится, вторую щеку пометит или разорвет на части, как обещал давеча!»
Внезапно деревья расступились, и Николай Юрьевич очутился на широкой поляне, представляющей собой миниатюрное кладбище без ограды, заросшее густой неряшливой травой.
На поляне квадратом располагались четыре надгробные плиты из белого мрамора. На каждой имя, отчество, фамилия «владельца». Даты рождения, смерти и портрет. Женщина... два мальчика-подростка и... и... Яковлев облился холодным потом. На самой большой плите он с дрожью в поджилках опознал ночного визитера, правда, без петли на шее и без каких-либо признаков удушья на лице вроде прокушенного языка, выпученных глаз и т.д.