— Вы хотите повидаться с ним по какому-то конкретному поводу?

Жюли сует руки в карманы куртки.

— Нет, нет… Я просто… увидела эту фиолетовую кружку.

Каплан, судя по всему, понимает.

— Ах да, история с этим больным… Вы знаете, что вся скорая помощь уже в курсе?

Конечно. Буйнопомешанный, размахивая фиолетовой кружкой, запер сотрудницу социальной службы и психиатра, застав их за разговором в этой самой комнате, — такое не может пройти незамеченным.

— Я бы предпочла, чтобы об этом не говорили.

— Здесь стены такие же тонкие, как в больнице Фрейра.

Каплан открывает историю болезни:

— Ну так вот, больного зовут Клод Дехане, ему пятьдесят семь. Доставлен сюда бригадой скорой помощи прямо из Арраса. Два удара ножом в грудь.

— А что, в Аррасе нет больницы?

— Есть, но эти ножевые ранения… он сам себя порезал. Они сразу же подумали о Фрейра, решили, что у больного расстройство или нестабильность психики. Проблема в том, что Клод Дехане хочет уйти. Он психиатров на дух не выносит. И удержать его невозможно. Поведение совершенно неагрессивное, он в полном сознании, мыслит логично…

Жюли берет историю болезни, надевает очки и читает по диагонали:

— «До восемьдесят второго года — известный репортер… Живет на ферме под Аррасом… В конце восемьдесят второго консультировался у психиатра в больнице Святой Анны… Добровольный курс лечения, прерванный через пять недель… Лечение у психиатра по поводу… — Она прищуривается. — …Торможения полового влечения, а также психической травмы, полученной во время резни в Сабре и Шатиле, в Ливане».

— Судя по всему, он был там в качестве репортера… Наверное, все видел.