– Да вставай же, раззява! Засоня проклятый! – голос жены выражал крайнюю степень раздражения.

Кудрин медленно открыл глаза и увидел, что лежит в постели, у себя дома. Рядом стояла супруга. На лице ее застыла гримаса негодования.

– На работу проспал? Да? – с надеждой спросил Сергей. Сейчас он явится в родное отделение, получит, естественно, нагоняй от Бакланова, ну да ладно! Главное – неуютные, страшные параллельные миры оказались просто ночным кошмаром!

– Болван! Какая, к чертовой матери, работа! – вскипела жена. – У тебя отгул сегодня! Забыл? А опаздываешь ты на прием в отделение милиции, к подполковнику Бакланову! Возможно, Крысин давно там! – Неожиданно Елена громко расплакалась. – Твою жену пытаются изнасиловать средь бела дня на улице как подзаборную шалашовку! Бьют по лицу, а он... – Елена забилась в истерике. Только теперь Кудрин заметил у нее под глазом огромный синяк.

– Я последние деньги собрала, золотые украшения продала, в долги залезла, – слегка успокоившись, простонала Елена. – Собирайся немедленно! Вот возьми! – жена протянула Сергею пачку долларов...

«Когда ее успели избить и когда Бакланов ухитрился стать подполковником? – торопливо шагая по улице, размышлял Кудрин. – Или... Опять не тот мир?»

Город выглядел как обычно, и сколько он ни приглядывался, не сумел обнаружить никаких отличительных признаков. Те же дома, те же вывески магазинов... Лишь возле двери отделения Сергей застыл словно изваяние.

«Прием взяток только в рабочее время и только в свободно конвертируемой валюте» – гласила внушительных размеров застекленная вывеска. «Взятки в рублях, а также в денежных знаках бывших союзных республик не предлагать! Это расценивается как издевательство над сотрудниками милиции и карается по закону!» – добавляла укрепленная ниже табличка.