«Неужели они такие болваны? — думал Аккуратист. — Да, именно такие». Мобильный телефон его ожил, как раз когда заиграл волынщик. Аккуратист положил бинокль на колени, поднес телефон к уху.

— Все чисто, Джек, — сказал он. — Начинай.

В нефе собора Джек, глядя на десятки расставленных по храму агентов секретной службы и копов, нервничал. Неужели и вправду сработает? Ну что же, самое время выяснить это. Он сунул телефон в карман и направился к боковому выходу.

Несколько секунд спустя Джек сдвинул засов на массивной деревянной двери. Женщина в форме нью-йоркской полиции, курившая за дверью, вопросительно взглянула на него.

— Вы как, внутрь пойдете или снаружи останетесь? — улыбнулся ей Джек. — Начинается служба. Мы должны закрыть все двери.

На утреннем совещании служб безопасности полицейским было велено подчиняться охране собора во всем, что касается собственно церемонии.

— Пожалуй, останусь снаружи, — ответила женщина.

«Хороший выбор, топтунья, — подумал Джек и, потянув дверь на себя, запер ее и отломил торчавшую из скважины часть ключа. — Ты выбрала жизнь».

Он прошел по крытой галерее, протянувшейся за алтарем. Там теснились священники в белых одеяниях. Зазвучал орган — из-под хоров вынесли гроб.

Джек сбежал по лесенке, ведущей к другому боковому выходу, запер дверь. Ему хотелось сломать ключ, но он воздержался: этот выход им еще понадобится. Теперь в соборе оказалась запертой половина Голливуда, Уолл-стрита и Вашингтона.

Он быстро прошел по галерее назад. За алтарем имелся маленький мраморный лестничный колодец, поперек входа был натянут кожаный ремешок. Джек перешагнул через ремешок и спустился вниз. Лестница упиралась в позеленевшую медную дверь. На ней висела табличка: «Усыпальница архиепископов Нью-Йоркских».