Кэт, ничего не говоря, кивнул и стал доставать якорь.

— Вернусь через час или около этого, — сказал Денни, спрыгнув на узкий мостик вдоль борта и направившись к лестнице. — Как повезет.

Кэт помахал ему рукой и занялся тяжелым якорем и цепью. Вдруг он остановился. Господи, у него только что украли бинокль и мачту спинакера, а он отдал совершенно незнакомому человеку свой генератор. Он слишком медленно адаптируется в местной обстановке.

Женщины уходили в город, неся с собой мыло, шампунь и полотенца.

— Мы скоро вернемся, — сказала Кейти.

— Вы не взяли с собой деньги или какие-нибудь ценности? — крикнул им вдогонку Кэт.

Джинкс сняла часы и отдала их отцу вместе с кошельком.

— Ты прав. И поверь, мы не задержимся в душе.

— Может быть, мне все же пойти с вами? — сказал Кэт. Обнаруженное средь бела дня на глазах у всех воровство выбило его из колеи.

— Нет, — сказала Джинкс, — если ты пойдешь с нами, то, когда мы вернемся, можем вообще не найти здесь яхту. Не беспокойся, с нами ничего не случится, и мы умеем громко орать, если нужно.

— Наверное, ты права, — сказал Кэт. — Лучше кому-то остаться здесь сторожить судно. — Они ушли, а он пошел вниз, к штурманскому столу. Свернув карту, взяв карандаш и построитель кривых, он снова отправился в рубку, предварительно проверив, на месте ли ружье, спрятанное за хорошо замаскированной дверцей. Ему сделали это потайное место в Лодердейле, и он чувствовал себя лучше, зная, что на борту есть чем защититься. Он слышал ужасные истории об этой части света и намеревался быть очень осторожным. Поднявшись в рубку, Кэт начал прокладывать путь к Панамскому каналу. В обычных условиях он занимался бы этим у штурманского стола, но теперь ему хотелось занять такую позицию, откуда было бы видно всех приходящих и уходящих.

Четыре часа спустя он взглянул на циферблат, потом на своих женщин. Они уже все успели побывать в душе и пообедать, а сам он составил маршрут прохождения через канал и сделал кое-какую работу на борту. Денни не появлялся.