— Теперь мы хотя бы можем их оплачивать.

— Странно, — сказал вдруг Бэленджер.

— Что случилось?

— Взгляни.

Не дожидаясь, пока они окажутся в квартире, Бэленджер протянул ей конверт. Бумага выглядела пожелтевшей и высохшей от старости.

Аманда нахмурилась, поднесла конверт к носу и заметила:

— Пахнет плесенью.

— Так и должно быть. Взгляни на марку.

— Два цента? Быть такого не может.

— Теперь посмотри на штемпель.

Тот выцвел, но надпись вполне можно было разобрать.

— Тридцать первое декабря.

— Читай дальше.

— Тысяча восемьсот девяносто девять… что за?.. — Аманда мотнула головой. — Это, наверное, кто-то шутит.

— Возможно, рекламное ухищрение, — предположил Бэленджер.

Войдя в квартиру, Аманда разорвала конверт, вынула листок бумаги и сказала:

— Такой же старый, как и конверт. Пахнет точно так же.

Письмо было написано от руки, убористым, но четким почерком. Чернила казались выцветшими, как и штемпельная краска на конверте.

М-ру Франку Бэленджеру

Дорогой сэр!

Простите, что я, не будучи знаком, обращаюсь к Вам. Зная, насколько сильно Вы интересуетесь прошлым, я позволил себе использовать старинный конверт и марку, чтобы привлечь ваше внимание. Я приглашаю Вас и мисс Эверт в первую субботу июня, в час дня, присоединиться ко мне и группе моих друзей в Манхэттенском клубе любителей истории (адрес см. ниже). После небольшого угощения я намерен прочесть лекцию о посланиях будущему, которые мы вскрываем в настоящее время, чтобы лучше понять прошлое. Я имею в виду, как Вы, конечно, поняли, эти чудесные древне-новые артефакты, которые часто называют капсулами времени.

Ваш

Эдриен Мердок.

— Капсулы времени? — недоуменно произнесла Аманда. — Что еще за ерунда?..