В грязи вся, подумал Нолик, но фигура, так – ничего. В другом бы месте ее прижать.

   Короткая юбка сбилась кверху, открывая тонкое, не по сезону белье. Нолик потер руки. Облизал губы.

   – Вот она сейчас в себя придет, начнет орать – еще труднее будет, – прокомментировал Кирилл.

   Нолик провел рукой по затянутому колготами бедру, прислушался к своим ощущениям. Внутри не шевельнулось почти ничего, только что-то похожее на отвращение. Или сожаление.

   – Нет, – Нолик встал, – не хочу, пока трахну – весь в грязи вывожусь.

   – Принеси что-нибудь из машины, постели.

   – Стемнеет скоро – тогда вообще не выберемся.

   Кирилл посмотрел на затянутое тучами небо. Это да, это Нолик прав. В темноте отсюда можно и не выбраться.

   Бабу можно уже и не допрашивать. Нолик теперь фиг кому про все это расскажет, его пацаны достанут, если узнают как он перед бабой облажался.

   – Ладно, будем уезжать, – Кирилл погасил паяльную лампу.

   – Ага, – Нолик вздохнул облегченно, – а с ней что?

   – С ней? – Кирилл вынул из кармана нож, – Работай.

   Нолик автоматически поймал нож, посмотрел на него.

   – Я?

   – Ты, а я пока соберу все наше, чтобы ничего не забыть, – Кирилл осторожно обтер с плоскогубцев кровь клочком старой газеты.

   Женщина все еще лежала без сознания.

   – А, может, ну ее? Сама за ночь подохнет.

   – А если не подохнет? И Краб ясно сказал – никого не оставлять. Давай.

   – Ладно, – сказал Нолик.

   Нож был простой, кухонный, с засаленной деревянной ручкой. Наточенный, подумал Нолик, пощупав лезвие большим пальцем. Это теперь ее как? В драке пару раз он ножом пользовался, один раз пацана отправили в больницу, еле откачали. Но там он бил наотмашь, не особо заботясь о том, куда попадет. Сейчас…

   Кирилл подобрал с земли какую-то мелочь и теперь с интересом наблюдал за Ноликом.