– А что, нельзя совмещать семейную жизнь и «Раскаты грома»?

– Я предпочитаю дом любому другому месту.

– Ох, босс, как это грустно.

– Это не грустно – чудесно.

– Если посадить льва в клетку на три года, даже на шесть лет, он никогда не забудет, что такое свобода.

– Ты спрашивал льва?

– Мне не нужно спрашивать. Я и есть лев.

– Ты не лев. У тебя вместо головы чурбан.

– Я рад, что ты встретил Холли. Она – удивительная женщина. Но я предпочитаю свободу.

– Имеешь право, Игги. И что ты с ней делаешь?

– Делаю с чем?

– Со своей свободой. Что ты делаешь со своей свободой?

– Все, что пожелается.

– Например?

– Все. Если, к примеру, мне хочется съесть на обед пиццу с колбасками, я не должен спрашивать какую-то дамочку, что хочет она.

– Важный момент.

– И если я решу заглянуть в «Раскаты грома» и выпить несколько кружек пива, никто не будет проедать мне за это плешь.

– Холли не проедает плешь.

– Я могу насасываться пивом каждый вечер, и никто не будет звонить мне по мобильнику и спрашивать, когда я приду домой.

Митч начал насвистывать мелодию «Рожденный свободным»

– И если какая-нибудь деваха подходит ко мне, я вправе станцевать с ней рок-н-ролл.

– Они постоянно подходят к тебе, не так ли, эти сексуальные девахи?

– Женщины нынче смелые, босс. Если им чего-то хочется, они это берут.

Митч усмехнулся.

– Игги, ты же не трахался с того времени, когда Джон Керри думал, что станет президентом

– Не так уж и давно это было.

– А что случилось с этим Ральфом?

– Каким Ральфом?

– Братом Микки Ганди.

– Ах да. Игуана откусила ему нос.

– Кошмар.

– На берег накатывали десятифутовые волны, вот Ральф и несколько парней решили ночью отправиться на Клин.

Клином называлось знаменитое среди серфингистов место, оконечность полуострова Бальбоа на Ньюпорт-Бич.