Вновь воцарилось молчание, которое вскоре прервал сенатор.

– Вы собирались сделать мне аналогичное предложение? – спросил он.

Мужчина покачал головой.

– Нет, у меня другое предложение. Мне нужно, чтобы вы помогли мне своими связями и доступом к информации. Я проверил возможности, положение и связи каждого пассажира этого самолета. Больше всего мне подошли вы, поскольку ваши средства и власть, которой вы обладаете, позволяют вам получать сведения из ФБР и ЦРУ. Я тоже располагаю определенными средствами, однако их мне скорее всего не хватит. Такая операция обойдется примерно в пятьсот тысяч долларов. Половину этой суммы могу дать я, о второй половине мне хотелось просить вас.

– Мне жаль, но, кажется, вы опоздали.

Мужчина покачал головой.

– Нет, сенатор, я пришел как раз вовремя.

– Что вы хотите этим сказать?

Человек пожал плечами.

– Тот человек, которого вы описали, действительно служил в воздушно-десантном батальоне Иностранного легиона. Его оттуда выкинули после мятежа генералов, и он вынужден был стать наемником. Он в самом деле участвовал в войнах, о которых вы говорили, и в некоторых других. Ему и вправду удалось пять лет тому назад организовать свои собственные похороны.

– Ну и что?

– Это был совсем не тот человек, с которым вы говорили. И вовсе не ему вы передали четверть миллиона долларов три недели назад. Вас надули, сенатор.

Грэйнджер почувствовал, как в нем закипает злость.

– О чем, черт возьми, вы здесь болтаете?

– Тот человек, о котором вы говорили, сенатор, сидит сейчас перед вами за стойкой вашего бара, потягивает вашу отличную водку и именно с ним вы в настоящий момент ведете беседу. Я был единственным американцем, который служил в десантном батальоне французского Иностранного легиона в звании старшего сержанта во время войны за независимость в Алжире.

– Как ваше настоящее имя? – спросил спустя несколько минут потрясенный Грэйнджер.