– Мне этого хватило, – ответил американец.

Он резко взял пустой стакан священника и встал со стула. Войдя в прохладный зал бара с высоким сводчатым потолком, он поставил стаканы на стойку перед лысеющим барменом.

– Тони, будь добр, налей мне еще пару стаканчиков пива.

В углу несколько рыбаков играли в излюбленную на острове карточную игру – бишклу. Главное в ней было – умело блефовать, а именно это все игроки умели делать превосходно. Пока Тони разливал пиво по стаканам, Кризи наблюдал, с каким мастерством игроки пытаются надуть друг друга. Один из рыбаков подмигнул ему. Уомо был единственным иностранцем, посвященным в тайны бишклу. Американец взял со стойки стаканы и сказал:

– Тони, налей и себе.

Бармен покачал головой.

– Мне еще рановато, – ответил он.

Кризи терпеливо ждал. Через десять секунд лицо бармена расплылось в широкой улыбке, и он произнес:

– Пиво “Блю лэйбл”.

Кризи отвернулся. Так было всегда. Совсем не случайно бармена прозвали на острове Почему-Бы-И-Нет.

* * *

Вернувшись на балкон, он поставил перед священником полный стакан.

Занимался вечер. Большой белый паром отходил от пристани, увозя на Мальту усталых туристов. Склонявшееся к закату солнце окрашивало известняковые холмы в медно-красный цвет.

– Так, значит, говоришь, на это уйдет недель шесть – восемь?

Священник опять вздохнул.

– Если заниматься этим вплотную, да и то лишь потому, что епископ знает тебя лично и с гражданскими властями у тебя отличные отношения.

Кризи отпил глоток пива.

– Хорошо, тогда с мальчиком я поговорю завтра, а послезавтра уеду. Вернусь примерно через месяц с женой и необходимыми документами. Сколько ей надо будет здесь пробыть?

Священник повернулся к нему, снова озадаченный вопросом друга.