– И первой жертвой станет, похоже, тот руководитель, который обратился за помощью к Соединенным Штатам и вернулся обратно с пустыми руками, – заключил Баллард.
Взгляды президентов встретились.
– Да, – согласился Старинов. – Этот руководитель может действительно показаться им беспомощным. И, к сожалению, есть люди и в правительстве, которые по-прежнему таят злобу на вашу страну, оставшуюся со времен холодной войны, они используют мою неудачу, чтобы восстановить российских избирателей против меня, усилить недовольство народа и увеличить свое влияние.
Он прав, подумал Баллард. Всем нам нужно есть – и мне и ему. Он повернулся к министру сельского хозяйства.
– Кэрол, сколько продовольствия мы сможем поставить в Россию и как быстро?
Элегантная женщина пятидесяти пяти лет с неистощимой энергией и обликом моложе своего возраста по крайней мере лет на десять сделала вид, что задумалась, словно подсчитывая что-то в уме. На самом деле они с президентом уже заранее обо всем договорились. Балларду нравился Старинов, он уважал этого русского государственного деятеля, а главное – ценил его как союзника.
Американский президент готов был пойти на все, чтобы укрепить его популярность и сохранить Старинова на посту президента России. К тому же, чтобы не выглядеть таким уж циничным, Баллард тешил себя мыслью о спасении голодающих русских детей. И все-таки он не мог отказаться от использования поставок продовольствия в качестве рычага – или даже тяжелой дубинки – при ведении переговоров о сокращении вооружений и заключении соглашений о торговле между двумя странами.