Садов видел, как его команда рассыпалась по хранилищу, уверенно двигаясь в темноте и раскладывая выданные им приборы в заранее рассчитанных местах. Эти приборы – скорее зажигательные устройства – представляли собой блоки из смеси парафина с зерном и опилками. Внутри каждого находился крошечный пьезоэлектрический механизм, который по сигналу даст искру. Большего и не требовалось. По сигналу устройства расположат таким образом, что они подожгут хранящееся здесь зерно, и за очень короткое время хранилище охватит пламя.

Самое главное, никто не сможет догадаться, что пожар произошел в результате поджога. Парафин ничем не отличался от воска, которым были запечатаны многие ящики и коробки, а опилки и зерно – от ящиков и их содержимого. Только пьезоэлектрические механизмы могли бы навести следователей на мысль о поджоге, но они были миниатюрными и скорее всего расплавятся при высокой температуре.

Пока его люди раскладывали по хранилищу блоки парафина, Садов вывел из строя спринклерную систему пожаротушения. Система была старой, за ее исправностью никто не следил, и она, должно быть, не сработала бы, но он не любил рисковать.

Садов отвернулся от пульта управления системой пожаротушения и уже собирался заняться другим делом, как заметил неожиданное движение. Один из охранников вошел в дальнюю дверь и направился к тому месту, где находились люди Садова.

Он понял серьезность положения. Один охранник не мог помешать им, но, если он успеет выстрелить, на звук выстрела прибегут охранники со сторожевыми собаками, а справиться с ними людям Садова вряд ли удастся.

И тут же главарь увидел, что положение еще более усложнилось. Едва он двинулся к охраннику, как заметил, что того увидел и Андрей, самый молодой и горячий член его группы. В руке у Андрея был пистолет.

Этого нельзя было допустить. При звуке выстрела – будь то выстрел охранника или Андрея – в помещение прибегут остальные охранники с собаками.