Жалкое подобие ветра всколыхнуло паруса занавесок. От терпкого чая защипало в горле. Желудок заурчал, перемалывая съеденный бутерброд. Игнат потянулся, снял с холодильника кипу писчей бумаги. Отодвинул на край столешницы телефонный аппарат с определителем номера, чей-то, уже не помнил, чей, странноватый свадебный подарок. Отыскал взглядом и взял гелевую ручку без колпачка, колпачок потерялся еще позавчера. Прикусил пластмассовый кончик ручки, зарылся в бумагах.
Изрядное количество серых тонких листков украшали ровные рукописные строчки. Сергач нашел дописанный им минувшей ночью до середины листок, прочел последний абзац.
— Молодчина, Игнат Сергач, — похвалил себя автор. — Мастерство растет не по дням, а по часам. Само собой, не Гоголь и даже не Горький, но на Яна Флеминга в относительно приличном переводе тянет вполне...
Жалко, никто, кроме Игната, не видел, как округлились глаза Инны, когда новоиспеченный муженек сообщил, что, дескать, и он в молодости баловался журналистикой и даже состоял в штате узкоотраслевой заводской газетенки.
Игнат сделал несколько правок в прочитанном абзаце, сел поудобнее, настроился на дальнейшее сочинительство, и тут затарахтел телефонный аппарат по левую руку от обнаженного автора. Цифры на определителе номера знакомые, с Шаболовки беспокоят.
— Алло, Витька, привет! Поздравляю с возвращением.
— Мать твою в лоб, Игнат, как ты догадался, что это я звоню?
— Элементарно, Ватсон. На Российском телевидении, кроме Витьки Фокина, других знакомых у меня нет. Как съездил?
— Нормально. Видел мои репортажи в «Вестях»?
— А то! — соврал Игнат. — Клево выглядишь в кадре, старина.
— Вообще-то, я только готовил материал, сам на экране ни разу...
— Не обижайся, я пошутил! — оборвал приятеля Игнат. — Выразился образно, в том смысле, что ты незримо присутствовал в кадре, находясь за плечом оператора. — И Сергач поспешил сменить тему. — А мы, как ты уже догадался, проблему с жильем до сих пор не решили. После свадьбы махнули в Крым на десять дней, потом дела навалились. Блин! Ты же не знаешь самого главного! Ты месяца два отсутствовал, да?