Аргумент был слабоват. Он каждый день нарушал это постановление в подразделении «Голливуд».

– Здесь эти правила не действуют. Я не хочу, чтобы вы чувствовали себя как в Паркеровском центре или городском офисе. Кстати, именно по этой причине мы от них и отпочковались. Так что подобные правила здесь не существуют.

– Не важно, где мы находимся. Вы ведь продолжаете работать на ПУЛА, верно?

– И все же здесь не управление полиции Лос-Анджелеса. Представьте себе, когда будете сюда приезжать, что едете к другу. Чтобы поболтать. Помните – здесь вы можете говорить обо всем.

Но он знал, что не сможет смотреть на нее как на друга. Никогда. Уж слишком высоки были ставки. Но все равно согласно кивнул – только чтобы доставить ей удовольствие.

– Как-то вы не очень убедительно киваете.

Он пожал плечами, давая ей понять, что это максимум и на большее он не способен. Так оно на самом деле и было.

– Если хотите, я могу с помощью гипноза избавить вас от никотиновой зависимости.

– Если бы мне хотелось бросить, я бы бросил. Люди или курильщики, или нет. Я – курильщик.

– Возможно. Но это, между прочим, очевидный симптом синдрома саморазрушения.

– Извините, меня что, отправили в административный отпуск, поскольку я курю? Из-за этого вся суета?

– Полагаю, вы отлично знаете, из-за чего вся эта суета.

Он промолчал, вспомнив о своем решении говорить как можно меньше.

– Итак, давайте посчитаем, – сказала она. – Вы в отпуске уже... Ага! Во вторник будет неделя, верно?

– Верно.

– И что же вы все это время делали?

– В основном заполнял бумажки, касавшиеся землетрясения.

– Землетрясения?

– Ну да. Между прочим, мой дом тоже пострадал, и городские инспектора оклеили его желтой лентой.

– Так ведь с тех пор минуло уже три месяца. Почему вы так затянули?

– Я, знаете ли, был занят. Работал, знаете ли.

– Понятно. У вас страховка-то есть?