Повернувшись, экс-президент медленно пошел к двери.

– Мне просто это не нравится, – произнес новый президент. – Я не люблю секреты.

– Еще раз говорю – решать вам. В нижнем правом ящике вот этого комода – красный телефон. Чтобы связаться с ними, нужно просто снять трубку.

Открыв дверь, ведущую в холл, он обернулся и в последний раз обвел взглядом комнату.

– Теперь это ваш кабинет. Желаю успеха. И постарайтесь потрудиться на совесть, слышите?

Затем, резко повернувшись, он вышел; дверь в холл с треском захлопнулась.

Маленький южанин встал и, нервно потирая руки, принялся ходить взад и вперед по комнате. Но с каждым разом он оказывался все ближе к комоду, в котором скрывался заветный телефон – ив конце концов остановился перед ним, выдвинул нижний правый ящик и, протянув руку, извлек на Божий свет небольшой красный аппарат без диска.

Поднеся трубку к уху, он услышал на том конце провода мужской голос, звук которого немедленно вызвал у него в памяти слово “кислый”. Голос сказал: “Да, мистер президент?”

Ни тебе “здрасьте”, ни “как поживаете” – ни приветствий, ни вопросов. Просто-напросто – “Да, мистер президент?”

Президент глубоко вдохнул.

– Насчет этого дела об отравлениях...

– Да?

Президент вдохнул снова. И затем быстро – словно быстрота могла сыграть в этом деле решающую роль – выдохнул в трубку:

– Займитесь.

– Да, мистер президент.

Кислый голос в трубке умолк, и на том конце щелкнуло. Несколько секунд новый президент смотрел молча на красный телефон, затем осторожно положил трубку на рычаг и задвинул ящик.

Обвел взглядом кабинет; взглянул в окно, выходившее на Пенсильвания-авеню.