– Муслим Салаутдинов, родился в Ведено 18 мая 1975 года. Постоянно прописан в Н-ске по адресу: улица Строителей, дом 55, квартира 20, – вслух прочел я и обернулся к Косте. – Те, в кустах, тоже нохчи?

– Похоже, да, – неуверенно ответил майор.

– Похоже?!

– Именно. По мордам, сам знаешь, их не всегда от русских отличишь, а документов ни у кого из трех убитых не оказалось. Этот – исключение. – Сибирцев коснулся носком ботинка бесчувственного Муслима. – Ничего! Полагаю, он быстро выложит данные остальных.

– Зря полагаешь, – зло дернул щекой я. – Не тот случай. Волчара прожженный, упрямый, на боль реагирует слабо. А «сыворотки» у нас с тобой нет, и раньше завтрашнего дня достать не получится. Шеф на Северном Кавказе, весь отдел практически тоже. Не будем же мы беспокоить среди ночи генерала Маркова?!

– Не будем, – согласился Костя. – Но, может, просто отвезем его в Контору, к «спецам». Ты вроде как за начальника отдела пока...

– В Контору? – прищурился я. – Ага, в нее, родимую... А скажи-ка на милость, дружище, кому ты там по-настоящему доверяешь? Кроме ребят, уехавших в Дагестан, полковника Рябова и генерала Маркова? Ну-ка, напряги извилины!

Майор погрузился в напряженные размышления. Прошло сорок секунд, пятьдесят...

– Тебе, – выдал наконец он.

– А еще?

– Больше никому. Слишком часто ловили предателей в последнее время.

– Вот то-то и оно, – вздохнул я. – Однако время работает против нас. Нюхом чую! Проваландаемся малость, и абзац! Уплывет рыбешка. Даже до утра ждать нельзя. Информацию надо получить в течение ночи. Вместе с тем мы с тобой сами добыть ее не сумеем. Нет, разумеется, оба мы отнюдь не белоручки, хорошо умеем допрашивать в режиме «Б», но здесь, как я уже говорил, особый случай. Из кожи вон вылезем, в крови по уши вымажемся, а толку будет мизер. Н-да-а! Тут нужен особый зверь, из той же породы. Выхода нет, придется обращаться к Эмиру.