Охранник тоже двинулся к машине, чтобы в знак уважения к почтенному гостю отворить дверцу, однако увидел, что шофер подоспеет раньше. Тогда старик остановился и склонился в почтительном глубоком поклоне, уважительно опустив глаза к земле.

Дверца открылась, и оттуда показалась пара ног в великолепных туфлях.

Что– то было не так. Многолетняя служба, состоявшая в основном из поклонов, приучила охранника узнавать посетителей даже из такого неудобного положения, когда сгибаешься в пояснице чуть ли не пополам. Что-то не так было именно с туфлями. Друг хозяина был довольно последователен и предпочитал партикулярное платье. Его костюмы были по преимуществу английскими, обувь тоже, а эти туфли, хоть и очень дорогие, были итальянского производства.

Послышался звук, напоминающий громкой плевок – три раза подряд, – и сомнения охранника были прерваны самым неожиданным образом. Три тупоконечных пули калибра 9 миллиметров пробили его склоненную макушку и, деформировавшись от удара о черепную кость, вошли в мозг, разворотив его в мгновение ока.

Поклон охранника внезапно стал слишком почтительным и глубоким. В конце концов сила тяжести взяла свое, и бездыханное тело, скорчившись, опрокинулось на землю. Кровь из пробитой головы текла прямо на тщательно выложенный гравий, которым были усыпаны дорожки в саду камней Дзен.

Шофер что-то быстро сказал в миниатюрный передатчик, и через несколько секунд второй черный лимузин въехал в сад досточтимого Ходамы. Ворота за ним закрылись. Из двух машин выбрались десять человек, двигавшихся уверенно и целеустремленно, что выдавало солидную подготовку и опыт. Быстро окружив дом, все они, повинуясь короткой команде, одновременно проникли внутрь.

Ничего не подозревая, Ходама-сан предвкушал наслаждение от предстоящей процедуры – долгого лежания в горячей ванне. Нынешнее строение было просто точной копией его дома, стоявшего на этом же месте и дотла сожженного американскими бомбардировщиками, но ванна была все та же. Когда дом отстраивали, для нее отвели специальное помещение.