— Но какая между ними разница? — удивилась Наташа. — По-моему, все они очень милые, славные люди…

— Видишь ли, девочка, у господ из придворного Совета нет… как бы это выразиться, чтобы самому понятно было, — последние слова Рассори пробормотал себе под нос, — у них нет единого мнения относительно божественного происхождения нашей великой страны. Одни из них считают, что акиремцы произошли от Священного осла — ему-то они и воздвигают храмы, приносят богатые дары, носят на груди значки в виде копыт, по которым безошибочно можно определить, что перед тобой осел. Другие доказывают, что мы произошли от Священного слона, и носят на груди знаки в виде хобота. Оба лагеря находятся в постоянной вражде, а иногда такое вытворяют, куда мне! Такие интриги плетут. Впрочем, я увлекся… — Рассори почему-то смутился. — Я хотел лишь сказать, что не надо бояться ни слонов, ни ослов. Право же, они милые люди, душой и телом преданные королеве. И это главное.

Рассори вдруг замолчал, заметив, что на них внимательно смотрит группа придворных. Они приветливо улыбались детям, особенно сестра королевы Мафитта. Если бы знали ребята, сколько коварства, жестокости и бездушия таилось в этой слегка располневшей и добродушной на вид смуглянке! И разве могли они представить, что реальная власть в стране делилась между могущественным Толларом и этой располагающей к себе толстушкой с очаровательными ямочками на пухлых щеках! «Толлар скажет — Мафитта сделает» — эту акиремскую мудрость узнали и усвоили ребята не сразу. Только роботы, казалось, не замечали происходящего, все так же молча наливая, подавая и убирая бокалы, тарелки, вилки и ножи.

А пока ребята, очарованные блеском и роскошью зала, великолепием дворцовых ритуалов, буквально купались во всеобщем внимании, похвалах и восхищении. Им улыбались, восторгались каждым сказанным ими словом.