Фургон был абсолютно черным, без рекламных надписей на бортах. Поэтому его пребывание здесь в этот ноябрьский полдень так и осталось загадкой. Вдоль улицы в ряд стояли высокие кирпичные особняки, на окнах то и дело колыхались шторы, и любопытные взгляды впивались в девушку, сидевшую за рулем фургона. Даже по меркам Нью-Йорка она казалась довольно странной.

От природы Джоанна Аполло была светлокожей – черта, унаследованная от шведских предков со стороны матери. И тем не менее издали она, облаченная в джинсовую одежду, была похожа на огромного темного паука, когда выкарабкалась из фургона и неуклюже спрыгнула на землю. На ней были коричневые перчатки и того же цвета сапоги, длинные каштановые волосы разметались по круто согнутой спине. Ее склонившееся над землей тело неуловимо напоминало знак вопроса, голова была низко опущена, поэтому жители окрестных домов не могли из окон видеть ни лица, ни огромных темных глаз животной красоты. Сейчас все взгляды были прикованы к ней, внимательно следя за ее движением вниз по улице. Под ее стройными, длинными, словно у паука, ногами, разлетаясь, шуршали сухие желтые листья. Женщина передвигалась на редкость грациозно, с каким-то внутренним изяществом. Именно эта грация так удивила местных жителей, ведь она совсем не соответствовала внешности женщины. Она шла, танцуя, рассказывали потом они.