— Сиросан, я думаю… навряд ли, конечно… Но вам, случайно, не звонил мой муж? — Голос Миюки внезапно изменился: в нем появилась решимость.

Сиро насторожился. Он быстро соображал, какое бы удачное алиби придумать.

— Подождика…

Ему нужно было выиграть время. Вопервых, когда говоришь, ворочаясь в постели, невозможно пошевелить мозгами. Сиро выбрался из постели и с телефонной трубкой в руках прошел на кухню. Достал из холодильника пакет молока и сделал несколько глотков.

— Что вы делаете? — подозрительно спросила Миюки, услышав в телефонной трубке звук льющейся в горло жидкости.

— Пью молоко, — откровенно сознался Сиро.

— Правда?.. — напряженно выдавила Миюки, глубоко вздохнув. Казалось, что она вотвот разрыдается.

Сиро быстро взял себя в руки и хриплым голосом спросил:

— Что произошло?

— Его уже два месяца нет…

— Что?

— Он мне даже не звонит.

Миюки была среднего роста, но, когда терялась, ее тело становилось округлым и казалось на удивление маленьким.

У него всплыл в голове образ Миюки, сидящей свернувшись покошачьему, и ему передалось ее состояние предельно измученной женщины.

— С Мацуока чтото случилось?

— Не знаю.

Сиро начал раздражаться.

— Ты можешь объяснить все по порядку?

Миюки сообщила, что два месяца назад Мацуока внезапно исчез из дома.

Услышав такое, Сиро на некоторое время задумался.

Хотя ему это показалось странным, коечего он просто не понимал. Он растерялся. Он не мог себе представить, чтобы Мацуока, про которого они сейчас говорят с Миюки, и тот Мацуока, с которым они были друзьями с начальной школы, совершенно разные люди. Если речь идет об одном и том же мужчине, это означает, что Мацуока стал совсем другим человеком. Пытаясь это осознать, Сиро даже после окончания разговора в растерянности продолжал держать в руке телефонную трубку.