Одновременно с романом «Псевдоним(б)» публикуется книга на французском языке «Nom de théâtre, nom de guerre: pseudonymbe». Возможно, это первый случай в истории книгоиздания, когда перевод выходит в свет одновременно с оригиналом, и не исключено, что даже несколько раньше. Публикация книги сразу на двух языках осуществляется впервые, так что можно утверждать со всей определенностью: это уникальный издательский проект! И происходит это по замыслу автора. Дело в том, что для Даниэля де Труа русский язык тоже родной, хотя написал он книгу на французском, к которому он за свою жизнь во Франции, где он родился в 1975 году, привык больше.

Даниэль де Труа – внук эмигрантов первой волны, его дедушка – потомок декабриста Лунина – скрепя сердце покинул Россию после того, как его поместье, впрочем, как и остальное имущество, было экспроприировано латышскими стрелками. Оставаться в России было нельзя, нужно было спасать семью, прежде всего совсем еще юную беременную жену Елизавету, в девичестве Лопухину-Ланскую. Первый ребенок (мальчик, получивший имя Александр – в честь царя Александра III, весьма ценимого отцом) родился уже в Париже. А через двенадцать лет там же родилась девочка Анна, которая впоследствии вышла замуж за богатого винодела из Труа провинции Шампань. Обвиненный в коллаборационизме в 1944 году (на самом деле он просто пытался сбыть врагу недозрелое шампанское) после того, как немцы оставили Париж, де Труа подвергся всеобщему остракизму. Но Анна сумела противопоставить общественному мнению французов и русских – последние по понятным причинам особенно ненавидели Антуана – свою искреннюю любовь: она порвала всякие отношения со своими родителями, а семья мужа сама отвернулась от отверженной пары, так что, пока не умер отец Антуана, молодые жили в довольно-таки стесненных материальных условиях.

Однако к моменту рождения их четвертого сына – Даниэля – все трудности давно были позади. Тем не менее мать воспитала его в ненависти ко всему французскому и буржуазному и в любви ко всему русскому, социалистическому («Мой прапрапрадед разбудил Герцена», – серьезно заявляла она каждому своему новому знакомому).