Она пришла сюда, чтобы положить цветы на то место, где умер мальчик и была похищена девушка.

Пришла потому, что была некрасивой, не могла похвалиться хорошей фигурой и почти не имела друзей.

Пришла потому, что этого от нее ожидали.

Потому, что она хотела этого.

Неуклюжая и вспотевшая, двадцатишестилетняя Лидия Йохансон сошла с обочины шоссе номер 112, где оставила свою «Хонду», и начала осторожно спускаться к топкому берегу, туда, где канал Блэкуотер встречался с мутными водами реки Пакенок.

Она пришла сюда, потому что считала, что так надо.

Даже несмотря на то, что ей было страшно.

Солнце взошло совсем недавно, но в этом году август в Северной Каролине выдался небывало жарким. Когда Лидия добралась до поляны на берегу, окруженной ивами и широколистым лавром, ее белый халат был мокрым от пота. Она без труда нашла место, которое искала: желтая лента ограждения была хорошо видна сквозь туман.

Звуки раннего утра. Шуршащий в кустах зверек, шелест ветра в камышах и осоке.

«Господи, до чего же мне страшно!» Лидии вспомнились самые жуткие сцены из романов Стивена Кинга и Дина Кунца, которыми она зачитывалась допоздна вдвоем со своей подругой, бутылкой пива «Бен и Джерри».

В кустах снова послышался какой-то шум. Лидия испуганно застыла на месте, оглядываясь по сторонам. Затем заставила себя пройти чуть дальше.

— Эй! — окликнул ее мужской голос, прозвучавший совсем рядом.