— Обратите внимание на гроб, — заметила Амелия.

Гроб был маленьким, детским. Участников траурной церемонии было немного, и все взрослые. Человек двадцать. Райм удивился, почему народу так мало. Подняв взгляд, он устремил его вдаль, поверх взбиравшихся на холмы надгробий, на просторы затянутых дымкой лесов и топей, теряющихся вдали.

— Неплохое местечко, — заметил он. — Ничего не имею против, если меня похоронят на таком кладбище.

Сакс, обеспокоенно смотревшая на кладбище, устремила на Райма холодный взор; судя по всему, накануне операции ей было неприятно слышать разговоры о смерти.

Но вот Том аккуратно вписал микроавтобус в поворот, и за ним последовал полицейский автомобиль Джима Белла. Выехав на прямое шоссе, машины прибавили скорость, и кладбище скрылось позади.

Как и обещал шериф Белл, до Таннерс-Корнера от медицинского центра в Авери было ровно двадцать миль. Встречающий приезжих щит с надписью «ДОБРО ПОЖАЛОВАТЬ» заверял, что в городе проживает 3018 человек. Возможно, это и соответствовало действительности, но в такой жаркий августовский полдень на главной улице можно было увидеть лишь очень немногих из названного числа. Пыльный городок, казалось, вымер. Сидевшая на скамейке пожилая пара разглядывала пустынную улицу. Райм заметил двух помятых тощих типов, по всей видимости, местных пьянчуг. Один сидел на обочине мостовой, обхватив покрытыми струпьями руками голову, и, судя по всему, боролся с симптомами похмелья. Другой, прислонившись спиной к дереву, проводил сверкающий микроавтобус запавшими желтушными глазами. Костлявая женщина лениво терла окна аптеки. Кроме этих пятерых, не было видно ни души.

— Умиротворенное местечко, — заметил Том.

— Можно сказать и так, — нахмурилась Сакс, похоже, разделявшая беспокойство Райма по поводу пустынных улиц.

Главная улица представляла собой унылую прямую ленту асфальта, обставленную старыми зданиями, пытающимися спрятаться за рядом редких деревьев.