Голова мальчика сильней прижалась к ее бедру, автобус повернул, и она увидела, что они приближаются к городу. Она заволновалась, убеждая себя, что не знает его, но она его узнала. Это был Далтон.
Идя по проходу автобуса, она подумала, что, если бы кто-нибудь ее спросил, зачем она это сделала, она рассказала бы все: как Кларк говорил, что любит ее, просил выйти за него замуж и жить вместе на его ферме недалеко от станции Этьен на севере Нового Орлеана; как она занималась стряпней и уборкой дома и была самой примерной супругой из всех, кого она знала. Но шли месяцы, и со временем стало совершенно очевидно, что Кларк на самом деле ненавидел ее; что он женился на ней, чтобы получить возможность над кем-то глумиться; он преднамеренно выбрал себе жену в таком месте, как отель «Звезда», чтобы чувствовать себя выше ее и постоянно ею командовать. Она сунула соломинку в дырочку пакетика с молоком.
— Эй, девочка, скажи что-нибудь?
Этот вопрос задал человек в голубом плаще, который, улыбаясь, сверху смотрел на нее. Неожиданно приятное журчание его голоса заставило ее сперва вспомнить мужчину, нагнувшегося к ней, чтобы что-то сказать, когда она однажды пришла со своим отцом на пшеничное поле посмотреть на молотьбу; затем голоса матросов в Мобиле. Страх, как иголка, уколол ее, прежде чем она успела задуматься, почему именно теперь ей вспомнилось это пшеничное поле, о котором она раньше никогда не вспоминала. Повернувшись, она передала дальше пятнадцатицентовую монетку для водителя, не имея ни малейшего представления, чья она. На фразу молодого человека она ответила, прерывисто дыша: