Я-то знал, что это, мягко говоря, неправда. Прежде чем рекомендовать акции «Крайслера», Карен долго и тщательно изучала положение на рынке и состояние дел этой компании. Однако ей было известно, что клиенты обычно быстрее принимают решения, если считают, что узнают слухи первыми. Я переключил внимание на толпу гостей, выискивая среди них Барри. Тем временем к нам решительным шагом направлялся высокий седовласый джентльмен, при приближении которого Питер напрягся, одеревенел и смолк.

— Добрый вечер, Питер, как дела? — обратился к нему с заметным французским акцентом джентльмен.

— Прекрасно, премного благодарен, Анри, — пролепетал Питер. — Позвольте представить, Анри Бурже, глава лондонского отделения. Это Карен Чилкот из «Харрисон бразерс», а это… э-э…

— Марк Фэрфакс, — выручил я его, протягивая джентльмену руку.

— Я только что восхищалась вашим новым офисом, — заявила Карен.

— Благодарю вас, — довольно промурлыкал Бурже.

— Очень похоже на ваше здание в Нью-Йорке. Однако здесь, по-моему, вот это пространство в центре решено намного удачнее. Дизайн, конечно, тоже от Фирона?

— Да, угадали. — Глаза Бурже загорелись, и он пустился в пространные объяснения причин, по которым «Банк де Женев э Лозанн» предпочел привлечь Фирона к сооружению офиса в Лондоне.

Зная Карен, я готов был дать голову на отсечение, что перед приходом сюда она проштудировала справочник по архитектуре.

— Ты как, Марк? — Кто-то тронул меня за локоть. Барри, собственной персоной! — Все в норме, сынок?

— Бывало и получше, — поморщился я.

— И не говори! Мои ребята весь день кипятком писали.

— Объясни мне, Барри, как я сюда попал? — с горечью спросил я, с кислым видом оглядываясь по сторонам. — И зачем, главное?

— Чувствуешь себя не в своей тарелке? Я тоже. Пойдем, познакомлю тебя кое с кем. — Он потянул меня в дальний конец атриума. — Заправляет у нас в банке продажами по всему миру.