Не прошло и суток, как в нью-йоркском аэропорту Кеннеди к таможенному инспектору подошел странного вида субъект.

Он говорил с заметным акцентом, не имел при себе паспорта, был небрит, изрядно потрепан и улыбался Люку Сандерсу, как будто тот собирался его пропустить.

– У вас нет паспорта. Вы не имеете при себе никаких других документов. Придется вас задержать.

– Брось, братишка. Вот мой паспорт. Ты знаешь меня, – сказал субъект, и в тот же миг Люк понял, что действительно его знает.

Это был его собственный брат. Правда, Люк не совсем понимал, почему тот прилетел рейсом из Берлина, хотя должен был находиться у себя дома, в Техасе.

– Я приехал сюда за биали с сыром.

– Что такое биали? – спросил Люк.

– Еврейская булочка. Сейчас я не отказался бы от нее.

– Тогда ты правильно сделал, что прилетел в Нью-Йорк, – сказал Люк и попытался выяснить, где именно намерен остановиться его брат, поскольку горел желанием повидать его сегодня же вечером.

Он провел его через таможенный контроль, пожал руку и с улыбкой заключил в объятия.

– Зачем же так меня тискать? – проворчал в ответ «брат».

В Москве гибель Крименко и еще двадцати двух офицеров КГБ не была воспринята как катастрофа. Подлинной катастрофой было то, что среди погибших на мосту не оказалось Василия Рабиновича.

Всем не давал покоя один и тот же вопрос: что делать, если на него выйдут американцы? Стали даже поговаривать о немедленном ядерном ударе. Дескать, лучше рискнуть жизнью миллионов, чем потерять все.

Однако холодные головы все же одержали верх. Советскому Союзу не удалось прийти к мировому господству с помощью Василия, хотя он и был весьма полезен в деле подготовки кадров для выполнения важных заданий.

Кроме того, нужно еще посмотреть, сумеют ли американцы захватить его и заставить работать на себя.