Он чувствовал, что от этого решения зависит его жизнь, хотя еще неделю назад оно не казалось столь роковым. Трудным — да, но никак не роковым. Он тогда счел это лишь еще одной возможностью подставить вторую щеку.

— Преподобный отец, — сказал ему Элтон Сноуи там, в Джейсоне, ровно семь дней тому назад. — Вы должны помочь мне. Думаю, вы — единственный, кто может мне помочь. Я получил письмо от Джоулин. Сдается мне, ее похитили.

— Джоулин! Крошка Джоулин. Такая милая девушка. Я бы сказал — истинная христианка, мистер Сноуи.

— Да, сэр, милая девушка, милая девушка, — повторил Сноуи.

Преподобный Пауэлл заметил красные круги вокруг его глаз — похоже было, что самый богатый человек в Джейсоне недавно плакал.

— Мне нужна ваша помощь, преподобный отец. Я знаю, что Джоулин не раз тайком пробиралась в вашу часть города и выполняла какую-то там общественную работу или как вы это называете. И я знаю, что вы и ваши люди любили ее.

— Очень милая девушка, мистер Сноуи. Не хотите ли чашечку кофе? Сам я уже двадцать лет кофе не пью.

— Нет, благодарю вас, — отказался Сноуи и протянул преподобному Пауэллу измятое письмо. — Прочтите, пожалуйста. Это письмо Джоулин матери.

Преподобный Пауэлл прочел письмо. Оно привело его в замешательство. На первый взгляд, это было вполне обычное послание от девушки, обретшей счастье и причастившейся Высшей Божественной Истине. Что смутило Пауэлла, так это упоминание о вкладе отца Джоулин в дело борьбы за гражданские права. Девушка писала, что это — ничто в сравнении с деятельностью Всеблагого Владыки, которого она узнала здесь, в Индии, в городе Патна.

«Если бы только твой близкий друг, преподобный Пауэлл, смог лицезреть величие и блеск Миссии Небесного Блаженства в Патне, — гласило письмо, — я была бы вечно признательна тебе. Ради процветания Джейсона он непременно должен это увидеть. И как можно скорее».