
Она кивнула, и Коста как завороженный наблюдал за покачиванием ее пышных волос.
– Этот идиот, – она кивнула на Гвидо Фрателли, и тот покраснел, – просто не понял, что происходит. Стефано хотел меня куда-то отвести и что-то показать. Но не успел ничего толком объяснить.
Гвардеец что-то пробубнил в свою защиту.
– Что он пытался вам рассказать? – поинтересовался Коста.
– Он сказал... – Она задумалась, и Ник догадался о причине заминки: слишком много страшных и непонятных событий случилось за короткий период времени. – Да, он говорил, что она еще там. Призывал вспомнить святого Варфоломея. И требовал поспешить.
Слушая, как спокойно и последовательно она излагает историю происшествия, Ник Коста изменил о ней мнение. Возможно, никакого шока она не испытала, а отнеслась к попытке убийства хладнокровно и даже несколько отстраненно.
Он собирался спросить ее, куда именно надо было спешить, но в это время коренастый мужчина в черном костюме ткнул толстым пальцем ему в плечо:
– Кто вы, черт подери?
Коста смерил его взглядом. Человек средних лет, крепкого телосложения и примерно его роста; от темного костюма пахнет дорогими сигарами.
– Полиция, – сообщил Ник нарочито таинственным тоном.
– Ваше удостоверение?
Достав бумажник, он предъявил служебный жетон.
– Вон отсюда, – скомандовал чиновник. – Немедленно.
Коста взглянул на старшего, который, судя по слегка покрасневшим щекам, немного разозлился.
Поприветствовав агрессивного пришельца церемонным поклоном, Росси полюбопытствовал:
– Ну а вы кто такой будете?
Ник Коста подумал, что этот чиновник с расплющенным лицом, рябыми щеками и перебитым носом походит на профессионального боксера, только что обретшего веру в Бога. На лацкане шерстяного пиджака сверкало миниатюрное распятие, которое, как понимал Коста, ничего особо не означало.
– Ханрахан, – буркнул любитель сигар, и Коста снова попытался определить акцент, уловив отчетливые ирландские нотки с легкой примесью американского произношения. – Служба безопасности. А теперь, ребятки, на выход. Это наше внутреннее дело.
