Макбрайд искренне удивился:

– Как?

Опдаал равнодушно пожал плечами.

– Следим за тем, чтобы информация не вышла за пределы этих стен. А так она уж точно не попадет в чужие руки. – Норвежец протянул гостю чашку и, усаживаясь за письменный стол, жестом пригласил того располагаться на диване.

Директор фонда отхлебнул чаю и воскликнул:

– Итак, ты прекрасно потрудился!

– Что ж, спасибо, – ответил Макбрайд.

– Я не преувеличиваю, Льюис. Мне известно, как тяжело работать в таких местах, как Гаити. Гнусный остров, а без подготовки туда соваться вообще опасно.

– Что ж, я рискнул.

– И все-таки уверен, – продолжил директор, чуть подавшись вперед и откашлявшись, – тебе не терпится узнать, ради чего ты здесь?

Льюис переменил позу и улыбнулся:

– На этот счет у меня есть некоторые предположения: через пару месяцев заканчивается финансирование моей работы.

Директор кивнул, давая понять, что догадка верна, хотя к настоящей причине и не имеет никакого отношения:

– Да-да, правильно. Только я пригласил тебя не поэтому.

– Не поэтому? – Макбрайд поднял на босса удивленный взгляд.

– Да.

В коридоре что-то застрекотало, и собеседники обернулись на шум.

– Лифт? – удивился Лью.

Норвежец кивнул, и на его лбу стала заметна глубокая вертикальная морщина.

– Но вы же говорили…

– Наверное, кто-то из персонала, – предположил Опдаал. – Вероятно, забыли что-нибудь.

Затем шум смолк, открылся лифт, и немного погодя в кабинет постучали.

– Тебя не затруднит? – Директор указал в сторону двери.

Макбрайд нахмурился: ведь Опдаал утверждал, будто в здании никого, кроме них, нет, и лифтом советовал не пользоваться, – но решил исполнить просьбу босса.

– Да-да, сейчас, – сказал Лью, встал с дивана и направился к двери. Открыл ее и…

Все произошло в доли секунды – достаточно, чтобы дать себе отчет в происходящем, но слишком быстро, чтобы отреагировать. Макбрайд увидел человека в костюме хирурга и противогазе. Затем струя газа из пульверизатора ударила Льюису в лицо. Сноп искр. Темнота.