– Устанавливают сумму залога по делу Отта, – ответила секретарша.

– Если я не застану его там, то еще раз перезвоню, – пообещал Уоррен.

Скут Шепард возглавлял коллегию хьюстонских адвокатов по уголовным делам. Он был старым другом отца Уоррена. Немногие люди становятся легендой еще при жизни – Скут был одним из них. В процессе по делу Джона Р. Бейкера, нефтяного магната-мультимиллионера, обвинявшегося в отравлении собственной жены, Скут два раза кряду не давал присяжным прийти к единому мнению, пока в конце концов не было прекращено само дело. Он защищал интересы Марты Сэчс, доктора-сексопатолога, обвинявшейся в убийстве на глазах у двух свидетелей ее подруги-возлюбленной, выиграл процесс и добился оправдательного приговора. Скут защищал крупных дельцов наркобизнеса, главарей мафиозных синдикатов и всегда их вытаскивал, если у него имелось хоть немногим больше туманной надежды, да бормотания сицилийских молитв. Его краткую биографию публиковали “Тайм” и даже “Вэнити фэа”

Уоррен поднялся в лифте на пятый этаж, в 342-й окружной суд. Здесь под высоким потолком над ореховыми панелями была развешена целая галерея живописных полотен – портреты судей минувших времен, облаченных в роскошные мантии. Нынешний председательствующий резидент 342-го окружного суда, судья Дуайт Бингем, был одним из четырех чернокожих судей округа Харрис. Ему принадлежал самый вместительный и величественный во всем здании зал судебных заседаний – Бингем владел им по праву старшинства. “Но все, что Дуайт Бингем знает о юриспруденции, – сказал Уоррену, тогда только начинавшему практику, его отец, – может поместиться в котомке мексиканского эмигранта-поденщика. Слишком поверхностный, слишком благодушный. Он не любит отправлять молодых негров в тюрьму – согласно его теории они там окончательно остервенеют и выйдут еще опаснее, чем были. Его слабость в том, как мне кажется, что ты и твои приятели-хиппи назвали бы… состраданием”.