– Но вы говорили, что в принципе я могу обратиться к ним и предложить заняться тем или иным делом?

– Ага. Но у них и так дел сверх головы. Да и берутся они только за то, что угрожает Конституции, или не может быть выполнено никем другим. Иногда очень забавно угадывать, в чем они задействованы, а в чем – нет. Через некоторое время вы такое гадание освоите.

– Вчера ночью мне пришло в голову: а что, если руководитель этой группы решит захватить власть в стране?

– В вашем распоряжении всегда есть телефон.

– А если он задумает убийство президента?

– Только вы и никто другой можете дать добро на подключение специального человека, который должен будет это сделать. Это тот самый «второй», что в курсе дел. Он – единственный исполнитель. Только один человек. В этом-то и страховка. Черт, я понимаю ваше состояние! Посмотрели бы вы на мою физиономию, когда мне нанес визит руководитель этой группы. Я ведь был вице-президентом, президент мне ничего не рассказывал, а потом его застрелили. Вот и вы не станете ничего рассказывать об этом вашему вице-президенту.

Он повернулся к толпе, улыбнулся и добавил:

– Особенно вашему!

Криво улыбнувшись, он благосклонно кивнул толпе. Рядом с машиной пыхтели телохранители из секретной службы.

– Прошлой ночью я задумался над тем, что будет, если глава этой группы внезапно умрет?

– Понятия не имею, – ответил техасец.

– Честно говоря… все это меня несколько тревожит, – сказал вновь избранный президент и, подняв брови, вздернул голову и помахал рукой, будто увидел в толпе знакомое лицо. – С тех пор, как вы мне об этом рассказали, я места себе не нахожу.

– Можете в любое время положить этому конец, – сказал техасец.

– Этот их единственный исполнитель, должно быть, настоящий профессионал. Я имею в виду того, кто ходит на задания.

– Не знаю, но, судя по тому, что рассказал мне тогда его начальник, он занимается вовсе не упаковкой мусора.