Меня подмывало заткнуть ему рот ударом кулака, но я сдерживался, понимая, что события последних дней изрядно расшатали психику бедняги. Наконец малоприятное путешествие подошло к концу. Мы очутились в подъезде соседнего дома.

– Жди внизу. На улицу не показывайся, – шепотом предупредил я Витьку, вылил воду из ботинок и, осторожно ступая, поднялся на пятый этаж.

Открытый чердачный люк зиял чернотой. Я до предела напряг слух и уловил какой-то подозрительный звук, напоминающий приглушенный человеческий кашель. Похоже, неизвестный стрелок еще там. Чудесно! Возьму голубчика тепленьким. Нам есть о чем покалякать. Ведущая на чердак железная лесенка, по счастью, была закреплена прочно и не загремела под моей тяжестью. Стрелка я увидел сразу. Он замер у открытого окошка метрах в четырех от люка, прижав к плечу приклад винтовки и наблюдая за моими окнами через оптический прицел. (Уходя из квартиры, я специально не выключил свет.) Чердачный пол покрывал толстый слой усыпанного мусором гравия. Бесшумно не подберешься.

– Эй ты, руки за голову! – негромко приказал я, вынимая «ТТ». – Не вздумай делать резких движений. Пристрелю.

Послушно выполнив команду, незнакомец медленно обернулся. Это был высокий худощавый мужчина лет тридцати, одетый в утепленный спортивный костюм темного цвета, кожаную куртку и кроссовки на пружинистой подошве.

– Стой спокойно, не рыпайся, – посоветовал я, делая шаг вперед. – Понятно?

Худощавый буркнул нечто утвердительное. Убаюканный его кажущейся покорностью, я немного расслабился, утратил бдительность, за что тут же поплатился. Пистолет отлетел в сторону, выбитый молниеносным круговым ударом ноги. Сукин сын оказался не лыком шит. Второй удар, маваши

– Здорово, мудак, – выпустив изо рта колечко дыма, любезно улыбнулся я. – Тебя ж русским языком предупреждали – не дергайся! Ай-яй-яй!.. Короче, порешим так – ты искренне ответишь на некоторые вопросы, а я по доброте душевной подарю тебе жизнь. Подходит?