Флинн видел, как четверо его людей были убиты. Один десантник продолжал посылать пули в давно уже мертвые тела, а другой решетил седан, стараясь попасть в бензобак. Раздался оглушительный взрыв, стекла в домах на улице задрожали, как от землетрясения, слышны были резкие выстрелы автоматов. Все вокруг полыхало огнем, как в аду.

Морин схватила за руку Флинна и потянула его к их машине, а из кабины фургона, где прятались шофер и еще один десантник, раздались пистолетные выстрелы. Она обернулась и выпустила в сторону кабины всю обойму. Выстрелы прекратились. Улица ожила – к ним с криками и свистом неслись люди. Их крики заглушал гул подъезжающих машин.

Флинн повернулся и увидел, что ветровое стекло их машины выбито, а шины спущены, Фитцджеральд и Дивайн бежали вдоль улицы. Внезапно тело Фитцджеральда дернулось и скользнуло по булыжной мостовой. Дивайн продолжал бежать и скрылся в разрушенном взрывом здании.

Флинн услышал, как из фургона выпрыгнули десантники и устремились в погоню. Он быстро схватил Морин за руку, и они помчались что было сил, пытаясь оторваться от преследователей. Начинался дождь.

Брайен и Морин резко свернули на Дэнджелл-стрит, примыкающую с севера к Уоринг-стрит, кругом свистели пули, ударявшиеся о булыжную мостовую. Морин поскользнулась на мокром камне и упала, винтовка вылетела у нее из рук, со стуком упав на тротуар, и затерялась в темноте, Флинн помог ей встать, и они побежали в длинный узкий переулок, выходящий на Хилл-стрит.

Вдогонку за ними устремился армейский бронетранспортер «сарацин», его шесть огромных колес визжали на поворотах. Громадный прожектор медленно высвечивал каждый клочок открытого пространства, пока не обнаружил то, что искал. Машина повернулась и поехала прямо на них. Громкоговоритель, установленный наверху машины, резко прорвал дождливую ночь: