Выруливая по извилистым проселкам, Бен размышлял о последних месяцах и о тех переменах, что произошли в его жизни.

Он едва помнил юношу, каким был прежде, в свои двадцать бросившего изучение теологии ради службы в британской армии. В те дни в него словно демон вселился. Он постоянно работал над собой, и сила воли, помноженная на идеальную физическую форму и высокую мораль, спустя пару лет открыла ему дорогу в сверхэлитный 22-й специальный десантный полк. За следующие восемь лет боев во всех уголках мира он потом и кровью заработал звание майора.

И понял, что больше не хочет сражаться в грязных войнах ради наживы смутных фигур в коридорах власти. Когда остатки иллюзий развеялись, он навсегда покинул полк и обратил свои таланты на службу более высокой цели.

Консультант по кризисному реагированию. Изящный эвфемизм для того дела, которому Бен посвятил следующие несколько лет. На самом деле он помогал жертвам киднеппинга — преступного бизнеса, волна которого захлестнула весь мир. Похищение людей ради выкупа процветало везде, где были люди и деньги.

Такой подход к человеческой жизни вызывал у Бена омерзение. Он всей душой ненавидел тех, кто залезает к невинным людям в карман, пользуясь их любовью к близким. Повседневная реальность и образ мыслей этих преступников не были для Бена тайной. Он знал, что их сердца давно очерствели и что они не задумываясь продадут родную мать.

В современном мире под ударом оказались все. Будь ты богач или простой, маленький человек, у тебя в доме в любой момент мог раздаться звонок с предложением заплатить за жизнь и свободу кого-нибудь из родственников. Киднеппинг при минимуме затрат приносил такую прибыль, что во многих странах его оборот переплюнул торговлю наркотиками. В иных городах даже семьи со средним достатком вынуждены были принимать серьезные меры по защите детей от цепких лап похитителей. Как ни печально, выплаты страховых компаний только подливали масла в огонь. Ситуация выходила из-под контроля. Пока похитители и страховщики подсчитывали барыши, жертвы, об интересах которых стоило бы думать в первую очередь, остались предоставлеными сами себе.