Пол в зале был вымощен блестящим черным мрамором, а стены обшиты дорогими панелями из темной древесины и отделаны старой бронзой. Высокий свод поддерживало несколько колон из мрамора цвета бирюзы. По трем сторонам помещения тянулся балкон с книжными шкафами. Посреди пола красовался медальон с изображением слепой Фемиды, держащей в руках весы. Вокруг нее вился венок из золотых листьев и сверкала чеканная надпись: "Правосудие для всех".

В дальнем конце холла за широким столом, напоминающим больше судейское место, чем стойку в приемной, сидела молодая женщина. Дэниел хотел спросить, где можно оставить бумаги, как вдруг из двери, уходящей куда-то в недра здания, появился сам хозяин офиса. Арон Флинн разговаривал с мужчиной, у которого были плечи и шея профессионального борца и обветренное лицо опытного путешественника.

– Свяжитесь со мной, когда узнаете, откуда он звонил, – сказал Флинн.

– Я с этим разберусь, – заверил его собеседник.

Мужчина обогнул Дэниела и направился к выходу.

В своих телевизионных роликах Флинн говорил мощным, глубоким голосом и проникновенно обращался к зрителям, спрашивая, нужен ли им опытный боец, способный бросить вызов могущественным корпорациям.

– Вы не одиноки, – вещал юрист с вдохновенным видом, выражающим одновременно мужество и милосердие. – Сражайтесь за справедливость вместе со мной, и мы победим.

Вживую Арон Флинн выглядел не менее эффектно – высокий, плечистый мужчина с рыжей шевелюрой и открытым лицом, излучающий уверенность и оптимизм. Клиенты смотрели на него как на мессию, но Дэниел ему не доверял. Работая над защитой "Джеллер фармацевтиклз", он не раз просматривал результаты опытов, которые проводились с инсуфортом на людях и животных. Все говорило о том, что это безопасный препарат. Дэниел не сомневался, что заявления Флинна о связи лекарства с врожденными дефектами не имеют под собой почвы. Стряпчий уже не раз пытался выжать миллионы из пустышки.