Кончит былину богатырскую -запоет скоморошину. Шутит про себя:

- У меня уж не запирается рот. Сколько сплю, столько молчу. Смолоду сказками да песнями душу питаю.

Поморы слушают - как мед пьют. Старик иное и зацеремонится:

- Стар стал, наговорился сказок. А смолоду на полатях запою - под окнами хоровод заходит. Артели в море пойдут, мужики из-за меня плахами лупятся. За песни да за басни мне с восемнадцати годов имя было с отчеством. На промысле никакой работы не давали. Кушанье с поварни, дрова с топора - знай пой да говори... Вечером народ соберется, я сказываю. Мужиков людно сидит, торопиться некуда, кабаков нет. Вечера не хватит - ночи прихватим... Дале один по одному засыпать начнут. Я спрошу: "Спите, крещеные?" - "Не спим, живем! Дале говори...".

Рассказы свои Пафнутий Осипович начинал прибауткой:

"С ворона не спою, а с чижа споется". И закончит: "Некому петь, что не курам, некому говорить, что не нам".

Я охоч был слушать Пафнутия Осиповича и складное, красовитое его слово нескладно потом пересказывал.