Этого хранителя веры уважали и боялись. Бенелли был самой влиятельной фигурой в Ватикане после папы, поскольку, будучи главой святой палаты, он также занимал пост кардинала — государственного секретаря. «Смогу ли я так же успешно справляться с работой, заняв его место? — спрашивал себя Хьюсон. — Наверняка смогу. А почему бы и нет? Естественно, придется сделать кое-какие изменения, расшевелить немного эту тихую заводь».

— Вам все показали? — спросил Бенелли. — Ватикан гораздо больше, чем кажется. Первые несколько недель вы будете здесь плутать.

— Не сомневаюсь. Одни бесконечные коридоры чего стоят!

— Здесь больше тысячи четырехсот комнат. Музеи, галереи, жилые кварталы. Тысяча с лишним человек населения, включая швейцарских гвардейцев. Вам показали библиотеки и зал, где папа дает аудиенции?

— Да, — ответил Хьюсон.

— Академию наук и Радио Ватикана?

Хьюсон улыбнулся:

— Видел.

— Это хорошо, — заметил Бенелли. — По крайней мере выполнили мои указания. А грот под собором Святого Петра?

— Видел.

— Усыпальницы пап?

— Тоже.

Хьюсон, конечно, знал, что собор Святого Петра построен на месте римского кладбища, но никогда прежде не посещал грот, расположенный под главным алтарем. Сегодня он с сопровождающим спустился на несколько уровней ниже фундамента собора. В гроте были захоронены не только христиане, но также и язычники первых веков нашей эры. На американского кардинала это произвело глубокое впечатление.

— Гробницу святого Петра посетили?

— Еще нет.

— Отчего же? — Бенелли бросил на него вопросительный взгляд.

— Не было времени, — отрывисто проговорил Хьюсон. — В прошлые разы, когда святой отец призывал меня в Ватикан, я успевал посетить только папские апартаменты и Сикстинскую капеллу. А сейчас на меня свалилось столько нового!