У него же не было склонности даже к тому, чтобы сейчас вот идти и открывать эту чертову дверь.

Питерс накинул банный халат, сунул ноги в шлепанцы и зашаркал через комнату. Как и всегда, он забыл оставить включенным свет на крыльце, а потому только сейчас щелкнул выключателем и распахнул дверь.

– Вик!

Передним, залитый лучами желтого света, и в самом деле стоял Вик Манетти. Позади него, опершись спиной о патрульную машину, маячил еще один полицейский, но с такого расстояния Питерс не мог разобрать, кто именно это был.

Манетти был у них «новеньким». Вот уже более двух лет занимая пост шерифа Мертвой речки, он для большинства здешних жителей по-прежнему оставался «новеньким» – а все потому, что прибыл сюда из Нью-Йорка, и к тому же был не из местных.

– Извини, Джордж, что разбудил.

– Да ладно, ничего.

Он уважал этого парня. Время от времени они встречались с ним за кружкой пива в Карибу, и Питерс рассказывал ему, как жил их городок в «те» времена – это чтобы парень лучше почувствовал обстановку. В целом у него сложилось впечатление, что Манетти был очень даже неплохим полицейским – спокойный, рассудительный, и впридачу ко всему, старательный. А для такой дыры, каким являлся их городишко, этого было более чем достаточно.

Но сейчас, стоя в дверях и глядя на шерифа, Питерс поймал себя на мысли о том, что никогда еще не видел парня таким расстроенным.

– Джордж, мне надо с тобой переговорить, – сказал он.

– Я так и понял. Зайдешь?

– Вообще-то я надеялся на то, что ты поедешь с нами.

Питерс сразу понял, что Манетти лихорадочно перебирает в мозгу, как бы получше объяснить свою просьбу, пока наконец не нашел то, что ему требовалось.