Как ни странно, кухня оказалась самым просторным помещением и, судя по всему, была призвана являться своеобразным центром жизни всего дома. В нее вели обе двери: задняя, располагавшаяся слева от мойки, и главная входная дверь, которая была прорублена рядом с громадным кожаным диваном, показавшимся Карле очень даже удобным. Она чуть отошла от раковины и огляделась вокруг. Ну вот, сейчас совсем другой вид. Подняв с пола большой бумажный пакет с мусором и золой из камина, она отнесла его на крыльцо, где стоял мусорный бак.

Денек тоже выдался просто чудесный, – подумала она. – Ярко светило солнце, хотя в воздухе все еще ощущался легкий холодок, из-за которого она позволила себе роскошь весь день не гасить столь полюбившуюся ей печку. В отдалении слышался глухой рокот прибоя. Жаль, конечно, что в дополнение ко всему отсюда не был виден океан – разве что о нем напоминал альбатрос, маячивший в небесной вышине примерно в полумиле от дома.

Она распахнула дверь дровяного сарая и увидела, что он заполнен дубовыми и тополиными поленьями, а в отдельной коробке на полу лежала заранее заготовленная щепа. Судя по всему, кто-то основательно постарался приготовить жилище к ее приезду. Грязи, правда, было предостаточно, хотя иного нельзя было и ожидать; впрочем, Карла отнюдь не возражала против того, чтобы провести небольшую чистку. Особенно ей понравилось то, что дрова оказались заранее наколоты; сама она за всю свою жизнь так и не освоила это нехитрое занятие. Кроме того, ей особенно пришлись по душе всевозможные мелочи, типа висевшего над телефоном списка номеров первой необходимости – явно на тот случай, если ей, к примеру, понадобится врач или, не дай Бог, полиция; или удлинительный шнур для ее пишущей машинки, которую она оставила на письменном столе; или то обстоятельство, что кто-то словно заранее позаботился о ней и к ее приезду предусмотрительно включил холодильник.