– Насколько мы могли установить, – холодно продолжал судья, – вы сказали правду всего один раз. Только один раз, – судья замолчал, посмотрел на юношу, который только что открыл дверь, ведущую из служебного помещения, и высокомерно вскинул брови. Ни нетерпения, ни раздражения, полное спокойствие – словно всем своим видом хотел сказать, что он, судья Моллисон, не из слабаков и намерен еще потягаться со мной.

– На ваше имя только что пришел вот этот конверт, сэр – сказал юноша и показал конверт. – Это, наверное, радиодонесение.

– Давай его сюда, – судья посмотрел на конверт, кивнул неизвестно кому и снова повернулся ко мне.

– Итак, как я уже говорил, вы сказали правду только один раз. Сказали, что прибыли сюда из Гаваны. И вы действительно оттуда. В полицейском участке, где вас держали, чтобы допросить и произвести доследование, вы забыли вот этот документ, – он сунул руку в ящик стола и вытащил что-то в голубовато-золотисто-белых тонах.

– Узнаете?

– Это британский паспорт, – спокойно сказал я. – И хотя мои глаза не телескопы, допускаю, что он принадлежит мне. Иначе бы вы не прибегли к этому концерту. Но если мой паспорт все это время находился у вас, почему…

– Потому что пытались определить, насколько вы погрязли во лжи, и убедились, что вам нельзя доверять ни на грош, – он с любопытством посмотрел на меня. – Вам, конечно, известно, что это означает? Если ваш паспорт у нас, значит мы имеем еще кое-какие сведения впридачу. Вы производите впечатление человека бесстрастного и хладнокровного, Крайслер. К тому же вы весьма опасны. А впрочем, может быть, просто-напросто глупы?

– Что вам от меня нужно? Вы хотите, чтобы я упал в обморок?

– Наша полиция и иммиграционные власти, по крайней мере в настоящее время, установили хорошие взаимоотношения с кубинскими коллегами, – он, по-видимому, не расслышал, что я пытаюсь перебить его, и продолжал: – Телеграммы в Гавану дали нам гораздо больше, чем сведения в вашем паспорте. Они содержат очень интересную информацию. Вы – не Крайслер, а Форд. Два с половиной года провели в Вест-Индии и хорошо известны местным властям на основных островах.